Я гуляю в лесу иногда по субботам, привычным давно маршрутом. Что-то есть мистическое в преодолении одного и того же пути с промежутками в годы. Узнавание приходит сразу, осознание -- позже, случайно..Я выхожу из дома и иду. Лесом, полем, кругами..я знаю каждый виток дороги. Сколько думано-передумано тут, сколько найдено. Колдовство. Заколдованный лес. Закордонный. Прячет, прячется. Вот ручей, в нем ракушки с ладонь, вот поле.. в поле ветер, трава по пояс. Витиеватые стебли-узоры за годы проникли в дом, на холсты, на полки -- сухие листья в книгах, случайные снимки в альбоме. Вот та скамейка где я сидела с коляской, в ней спал ребенок..Прошло 10 лет. Лютеранская церковь все также стоит на холме. Церковь зовется "Надежда", колокола почасно выводят трели, меланхолично и пасторально -- тянет идти на звук, через лес, как в сказке.. Церковь-шарманка, голубь под серой крышей. В церкви корейцы и пышки с холодным кофе и крест без Христа. Дальше река и лес и еще синагога за дровяными складами, вся в серебре и в синем и в витражах. Мираж. Если идти напролом через чащу глядя на белый шпиль в небе -- можно попасть на Ферму. А можно и не попасть. Американская готика в белом, ставни, башенки, купола. Там пасутся альпаки и нет ни души но есть музыка, тихо, из темных окон. Первый раз я видела ферму зимой, в снегопад, все было черно-белым как на гравюре. Гравюра оживала под музыку и становилась то брейгелевским пейзажем, то кадром из "Ностальгии", то самой музыкой и уйти оттуда было так же трудно как и попасть туда. Вот и в этот раз не попала уткнувшись в высокий забор. Подул сильный ветер, донес звуки церкви-шарманки..
"Ах, мой милый Августин, все прошло, все.."
"Ах, мой милый Августин, все прошло, все.."
