Le-pas-du-chat-noir

Я гуляю в лесу иногда по субботам, привычным давно маршрутом. Что-то есть мистическое в преодолении одного и того же пути с промежутками в годы. Узнавание приходит сразу, осознание -- позже, случайно..Я выхожу из дома и иду. Лесом, полем, кругами..я знаю каждый виток дороги. Сколько думано-передумано тут, сколько найдено. Колдовство. Заколдованный лес. Закордонный. Прячет, прячется. Вот ручей, в нем ракушки с ладонь, вот поле.. в поле ветер, трава по пояс. Витиеватые стебли-узоры за годы проникли в дом, на холсты, на полки -- сухие листья в книгах, случайные снимки в альбоме. Вот та скамейка где я сидела с коляской, в ней спал ребенок..Прошло 10 лет. Лютеранская церковь все также стоит на холме. Церковь зовется "Надежда", колокола почасно выводят трели, меланхолично и пасторально -- тянет идти на звук, через лес, как в сказке.. Церковь-шарманка, голубь под серой крышей. В церкви корейцы и пышки с холодным кофе и крест без Христа. Дальше река и лес и еще синагога за дровяными складами, вся в серебре и в синем и в витражах. Мираж. Если идти напролом через чащу глядя на белый шпиль в небе -- можно попасть на Ферму. А можно и не попасть. Американская готика в белом, ставни, башенки, купола. Там пасутся альпаки и нет ни души но есть музыка, тихо, из темных окон. Первый раз я видела ферму зимой, в снегопад,  все было черно-белым как на гравюре. Гравюра оживала под музыку и становилась то брейгелевским пейзажем, то кадром из "Ностальгии", то самой музыкой и уйти оттуда было так же трудно как и попасть туда. Вот и в этот раз не попала уткнувшись в высокий забор. Подул сильный ветер, донес звуки церкви-шарманки..
"Ах, мой милый Августин, все прошло, все.."

anouar brahem-le pas du chat noir

				anouar brahem-le pas du chat noir
				View on www.youtube.com	Preview by Yahoo

Быт

В моем представлении уюта должно быть немного разрухи. Красивое на красивом я просто не вижу. Aтавизм детства в городе пустых дворцов и обжитых трущоб, где прекрасное увековечено в бронзе и птичьем помете. Грандиозным музеям подстать -- свалки, стройки и лужи в квартал. И без них город выглядел бы как макет..Неуют извне как залог уюта -- в доме, в комнате. Мейсeнский фарфор  в серванте в коммуналке -- живая история, в Эрмитаже -- безжизненный экспонат. Хурма и гранаты на подоконнике -- тепло и холод -- контраст. Слой снега за слоем ваты меж рамами, вечная мерзлота зимних Питерских окон. И вечный их теплый свет. Вся ущербность и вся надуманность роскоши. Сыр с плесенью -- хорошо. Гобелен с клопами -- плохо. Боимся мы великолепия в чистом виде. На смерть похоже..

"Я задыхаюсь от нежности.."

..Некий глубинный биоритм вдруг оказался сильней "спокойствия, только спокойствия" и трясет меня, лихорадит. Феромоны-гормоны-химеры..не знаю. Аритмия. Когнитивно-эмоциональный диссонанс. Голова холодная как у Феликса, сердце же будто током дернуло..бьется-бьется вот-вот взорвется. Я чувствую ВСЕ. Все СРАЗУ. Хорошее, плохое -- все сливается в одно неопределенно-тревожное и я не могу дышать. Без метафор, банально, как рыба без воды. Не всегда, но всегда внезапно. Я задыхаюсь от радости, от расстройства, от перемен -- от жизни. Заливаюсь слезами -- восторга ли, грусти, глупости..Вдруг поняла как это, умереть от избытка чувств. И неважно каких. Будто вирус в крови со мной это удушье -- то отступит то вдруг вернется. И не лечится. Ядом одним психотропным -- тогда дышу, но не помню зачем..Куда деть ?..Сюда. Здесь дышится. Здесь мой остров сокровищ, и кораблей погибших..Здесь мой непокой уместитcя в квадрат окна. Распахну его, станет свежо и ветренно. И душа проживет до ремиссии, на одном дыхании как на одном крыле.

Belated

A drink and a dream

Melting into me,

tainting my blood with sweet fever

I'm lovesick. 

I want to go

Want to follow my heart to Cuba. 

Heroes, villains, its all the same 

put the heat to the beat

and sing it

Rum and rhythm and rhyme

On a dime

Cuba mi amor
Mandanga
Till day do us part

https://www.youtube.com/watch?v=Gc6HFT_3zqQ

Rain

I contemplate a picture..

mid-afternoon, mid-life

A wall, a wilted plant

A stalemate.

An image takes me there

Again

I'm swept away by images misplaced..

It rains in Pago Pago. 

A simple plot of lust and lost redemption,

in vain

in route to hopefully a better life.

To Hope,

awash in salty breeze and simple virtues.

It rains..

For misfits in exile -- behold

A life

streamlined and steady and defined by tides..

A refuge for a cluttered mind.

A trap..

A bit of both as any good illusion 

the Old Rainmaker

its decaying splendor. 

Abandoned now,

a ghostly Old World post,

its glaring back in black and white,

amiss,

a faded past forgone in living color.

It stands,

resilient to tropical monsoons, 

oblivious to age

and haunted by Ms Sadie. 

A shipwreck of a dream

where everyone is lost

and everyone survives.

It rains

 in Pago Pago.

Ode to water

There must be higher meaning in being mostly water..Fluidity of human nature, elusive, barely contained. How easy it is to bleed out, to ooze out of life.. Flow. Adaptability, taking on traits, much like water takes shape of a vessel, expanding to fill, to explore. There are moods and tides that allow constant motion and growth, just like body of water sustaining abundance of life. I'm an ocean. I weather the storms. I got treasures to hide, got monsters and pirates to feed. Sink or swim..I'm polluted and pure. There is less of me, there is more, streams and currents of anticipation..but it's always calm at the deep end, always tranquil and dark and blue. From a high and low, from a million ways to die, for life, I return to water. 

random bliss

I inhabit a world of windows and memory boxes, compartments of dreams, random bliss -- found, stolen, stacked up, stashed away. Off to my English Garden, midday and mid-sentence and mindlessly free. I transcend. Primal, primitive comfort of frames, definitions I build and I break. I play scrabble with Gods. I take notes. I digress. I loose. My collateral, collected images, striking, sobering, glass menagerie -- sharp and fragile and so transparent..lost. And found and smashed into million shards till I'm bleeding, humble, happy, alive. I win. I regress to the books unfinished, moments, motions, emotions. I hold on. I let go..ever wondering off to my endless sea.

"В поисках грустного бэби". Я не помню книги, но помню название. И уже не прочту. А название храню, на поверхности и наготове, как арбалет на взводе. Вдруг сгодится, по случаю, по настроению..Я храню слова как ключи, как отмычки, потому как я войер и вор и за это всегда в тюрьме. И подкопы мои и побеги легки и недолги -- там мой дом и покой с нарисованным очагом. Арсенал амулетов, имен, времен, -- все слова, несвязаны и несвязны. Я сложу их в одну коробку, все смешается в доме, в догадках и домыслах, в поисках грустного бэби.

Я жила здесь

Я жила в этом городе. И в этом доме, и в том, и у моря. Я везде где мой взгляд открывает окно, открывает альбом где на каждой странице дом. Не ломать не строить а просто войти и остаться. Я люблю уходить. Я люблю расстояния и перспективы, вид на море до горизонта. И неубранную постель, в середине дня, и секреты. И ключи на столе. Я люблю возвращаться когда меня ждут. И когда перестали. Наугад. Я люблю маршруты и расписания, и читать адреса не читая карт. Я люблю. В переездах и в ожидании. В тихо-нежных "все, до свидания". Я жила здесь..я все еще помню, я вернусь туда, на прощание.

Burnt by the sun

Veronika

I am lonely today..It is subtle, this vast and vague longing, this haze shrouding me from my day. From a man I love, lost in himself, from a man I used to love, lost in me, bittersweet and belated burden..all the comfort and cheer lost on me today. All is well, for better or worse. Million ways to die..and to not, all reflections of trivial and bizzare nulled by almighty "all shall pass".

Vieux Carre

Радость тихая, светлая, радугой в серый день. Hа картине дом, и сад, и полуденный зной. Наугад, и на смех и грех -- загадать желание -- забегAя, опять, запятая..опять и опять пропаду-прогадаю судьбу на блики, на лики в кофейной гуще.. Что там ?..Что чувствует в театре слепой ? B первом ряду, с белой тростью, один..Vieux Carre. В ожидании смерти -- на сцене темно как на дне, там aгония и лихорадка испуганных душ и тел, вдруг нагих и пронзительно жалких. Слепой не увидит их наготы, только их голоса, их отчаяние. Аккуратная женщина рядом не видит отчаяния, ослепленная их наготой..И все разойдутся, увидев свое и в свое уверив. Так обыденно и случайно как все на свете, как тихая радость и грусть в уходящий пассмурный день.

Окно в мир

Нет ничего более обыденного чем окно. И более загадочного. Постоянное переменное. Сколько хаоса и какофонии обрамляет квадрат окна, строгий, камерный, незаметный и незаменимый. Знает ли сам человек что создал, обживая свой мир ?..Стены, заборы, двери строят чтоб скрыться, уйти от угрозы извне..но не живет человечество в бункерах и подземельях, что же сильнее страха ?..Воображение. Любопытство. Необходимость движения или его иллюзии -- сублимация жизни -- в окне/мониторе  -- непрерывность и неделимость реального и виртуального. Наугад, на свет, навигация.. анимация на экране -- дождь и снег в окне, дождь и снег во мне. Ожидание. Окна открыты всегда, даже когда закрыты, окна прозрачны, в них день переходит в ночь переходит в дом переходит в тень на стене от окна..Окна купе вагона, жизнь в транзите, в переходе границ не сХодя с перрона, с дивана, наблюдая и обживая страшный сказочный мир извне. Город мертвых полон домов без окон, склепов, слепых и темных. Смерть в остановке движения, в ненужности окон и ожиданий и перемен. Окно в мир. Тот кто жил в большом городе знает и любит уют светящихся окон, и легкость с которой душа обживает, крадет, кладет в карман вдруг увиденный чей-то неплотно зашторенный быт. Встать у окна надолго и комната станет улицей, улица станет комнатой.. Мир разделенный на день и ночь, на одиночества, соединенный окнами, окнами примиренный и впущенный в дом..

От звонка до звонка

Я скучаю по телефонным будкам, старым, пахнущим пылью, железом, чужим дыханием, за дверьми которых немеет хроникa улиц, за мутным стеклом -- покой, в центре мирa, наедине с собой. Их прозрачность и их невидимость тем кто движется дальше, мимо, невесомость паузы в городском шумовом потоке. Это были машины времени, соединявшие точки отсчета, точки соприкосновения. Две копейки и вот ты снова на карте, вот твои гудки-позывные, вот дальше проложен маршрут. От звонка до звонка до прибытия. И выбор открыть эту дверь..или нет. Выбор должен быть. Связь должна прерываться, без этого нет ожиданий. Не Летучий Корабль, не Тардис, не ДеЛориан..Телефонная будка. Статична и буднична как наблюдательный пункт, до щелчка..и неуловима после. Их больше нет нигде, все заполняет город, и телефон в кармане, связь непрерывна. Без пауз, без неизвестных, все здесь и сейчас и нет больше "между". Целого пласта времени нет, будто не было. Где они, эти часовни больших городов, их часовые, на страже таинства и уединения ?..Жаль.

Я дежурю

Все мои чаяния рано или поздно сводятся к тому чтоб меня "отпустили". Не важно куда. В поездку, с работы, из дома, из плена, из нелюбви и тревог. Нет ничего прочней оков условностей, привязанностей, всех этих длинных теней-плетеней.. Звонки, визиты, вопросы, ответы. Расписания и календари. Почти всегда известно где я. Я дежурю. Охраняю статус-кво де-жур. Жду когда кончится смена, скучаю. Я проваливаюсь в редкую свободу как в черную дыру, и если вдруг никто не знает где я -- живу, дышу, теряюсь в незнакомых местах и напрочь забываю о времени. Все реже. В вечно семейной, работающей, опаздывающей везде и легко ранимой мне живет тихий упрямый мигрант-одиночка, верный своим привычкам и мало чему еще. Он (а я точно знаю что это ОН) любит прогулки и наблюдать, и читать в пути, и сХодить с перрона, и открывать ключем дверь, и смотреть в окно..он спокоен и счастлив, пожалуй. Иногда мне кажется что живет из нас именно он, -- я его прячу, я -- фасад, за которым он недостижим и свободен. Иногда я боюсь его, чаще завидую, редко -- гоню, и боюсь прогнать навсегда как боюсь "навсегда" всего. А он ничего не боится.

Открыть окна, впустить ветер, пустить кровь. Скоро. Вычистить, вышвырнуть лишнее из головы, из дома. Найти пропажу. Пропасть надолго. В доме одни зеркала, в зеркалах непокой. ПрОпасть моей пустоты небездонна, в ней не исчезнуть, и не укрыться, а только маяться призрачным раем, Маем. Пусть. Я понимаю, молчу, молча листаю книги, не видя слов, не читая..И от вина не пьянею, немею и тлею, трезва как мертва. Дотемна, до сна, до утра и опять, ждать весны и вербы и веры. Не переписывать черновиков, не перечитывать писем, не знать, не искать, только ждать, только в такт, только так.

В ожидании

Прости мне мой каприз. Мими поет, грассируя и встряхивая челкой..давно и далеко. Прости-прощай, печаль с плеча чужого..Что сделалось с тобой в хандре и в лихорадке ?..Кто поселился в этих зеркалах ?..Она другая..много лиц и все не те..как быть без той, одной, живой ?..Ты прогнала ее..теперь жди чуда и прощенья -- смиренно, трепетно, и может быть напрасно. А все же жди. Весны и ветра в поле. Белые цветы, как белый флаг на черный день, сигнал к капитуляции..дыши. Французский ли каприз или вселенский, все-женский, "рardonne-moi...reviens moi comme avant.."